Драгоценный камень — Притчи неизвестного происхождения

Драгоценный камень - Притчи неизвестного происхождения

Драгоценный камень

Одна мудрая женщина, путешествуя, нашла драгоценный камень в ручье.
На следующий день, она встретила путника, который попросил еды.
Женщина открыла свою котомку, чтобы достать еду. Путник увидел в котомке драгоценный камень и попросил женщину отдать ему этот камень. И женщина отдала камень, не колеблясь.
Путник пошёл своей дорогой, не веря такой неожиданной удаче. Он знал, что стоимость этого камня так велика, что, продав его, он сможет жить безбедно до конца дней своих.
Однако, через несколько дней, он нагнал странницу и сказал:
— Я всё думал о стоимости камня и решил вернуть его вам, в надежде, что смогу получить от вас нечто более ценное. Поделитесь со мной и научите меня тому, что заставило вас отдать этот камень мне, незнакомцу, без колебания..

Привычка бегать по утрам — Притчи неизвестного происхождения

Привычка бегать по утрам - Притчи неизвестного происхождения

Привычка бегать по утрам

Сын-подросток пришёл домой с запахом сигаретного дыма. Отец же радостно воскликнул:

— Сын, я думал, что ты ещё маленький у меня, а ты уже взрослый — курить пытаешься! Не знал я, где взять себе напарника для бега по утрам, а вот он, вырос! Одна беда, встаю рано, ведь к восьми утра на работу. Но ничего, раз куришь — значит, парень ты уже взрослый, проснёшься. Завтра с утра встанем пораньше и начнём!

Несколько лет они бегали вместе. Отца уже нет в живых. Сын уже своих детей растит, но всё так же бегает по утрам — привычка.

Притчи неизвестного происхождения

Мудрая Крыса — притчи неизвестного происхождения

Мудрая Крыса - притчи неизвестного происхождения

Мудрая Крыса

Мудрая Крыса собралась было выйти из норы, но заметила Кота, который поджидал её у входа, и, возвратившись назад, к своим соплеменницам, пригласила Подругу пройтись вместе до ближайшего сусека.

— Я бы одна сходила, — объяснила она, — но не могу отказать себе в удовольствии совершить эту прогулку в вашем обществе.

— Ладно, — отвечает та. — Пошли. Я за тобой.

— За мной? — воскликнула первая. — Неужели я осмелюсь пойти впереди такой великой и знаменитой крысы?! Нет, мэм, только после вас.

Подруга, обрадованная таким почтительным обращением, двинулась вперёд и первой вышла из норы. Кот её сцапал и убежал со своей добычей. А Мудрая Крыса, живая и невредимая, пошла по своим делам.

Притчи неизвестного происхождения

Где ты живёшь? — притчи неизвестного происхождения

Где ты живёшь? - притчи неизвестного происхождения

Где ты живёшь?

Двое бродяг были арестованы.

— Где вы проживаете? — спросил судья первого из них.

Бродяга ответил:

— Весь мир — мой дом, небо — мой кров; я направляю свои стопы, куда пожелаю, для меня не существует преград. Я свободен.

Тогда судья спросил другого:

— А вы где проживаете?

— А сразу за ним, следующая дверь, — сказал тот.

Притчи неизвестного происхождения

Потрясающее ощущение — Притчи неизвестного происхождения

Потрясающее ощущение - Притчи неизвестного происхождения

Потрясающее ощущение

Однажды император Ю решил впасть в невежество. И прежде всего он подумал о том, как вернуться из состояния невежественности назад к состоянию просветлённости.

Размышляя об этом, он неожиданно пришёл к мысли о возможности остаться невеждой навсегда. Это открытие немного взволновало его, и, чтоб не потерять душевного равновесия, он напряг всю свою волю. Завязалась борьба. Лоб императора покрылся испариной, кубки и чаши на столе задребезжали, воздух начал сгущаться и темнеть. Император не сдавался, и только ему начало казаться, что ещё немного, и он одержит верх, как вдруг золотой трон под ним раскололся и кусками вместе с полом стал обрушиваться вниз. Император стал падать всё глубже и глубже в пропасть. Ужасным зловонием дохнуло из её глубины, пространство наполнилось тысячами голосов, молящих о пощаде. Скрежет зубов и хруст костей сводили с ума. Император с ужасом летел вниз. Холодная волна страха остановила кровь в его жилах, сковала тело. Сердце бешено стучало в груди, и, уже не в силах более бороться за жизнь, пронзённое последним приступом боли, разорвалось на части. Император падал в бездну, навстречу воющей чавкающей массе. Посеребрившиеся веки опустились на затуманенные глаза. Цвета и звуки смешались. Время остановило свой бег. Поистине, это было потрясающее ощущение!

Притчи неизвестного происхождения

Два дерева — притчи неизвестного происхождения

Два дерева - притчи неизвестного происхождения

Два дерева

Когда-то давным-давно росли в одном лесу два дерева. Когда капли дождя падали на листья или вода омывала корни первому дереву, оно впитывало в себя совсем немного и говорило:

— Если я возьму больше, что останется другим?

Второе дерево забирало всю воду, которую природа давала ему. Когда солнце дарило свет и тепло второму дереву, оно наслаждалось, купаясь в золотистых лучах, а первое забирало себе лишь малую часть.

Прошли годы. Ветви и листья первого дерева были настолько малы, что не могли впитать даже каплю дождя, солнечные лучи не могли пробиться к скудным плодам, теряясь в кронах других деревьев.

— Я всю жизнь отдавало другим, а теперь взамен не получаю ничего, — тихо повторяло дерево вновь и вновь.

Рядом росло второе дерево, роскошные ветви которого были обильно украшены большими плодами.

— Спасибо тебе, Всевышний, за то, что ты дал мне в этой жизни всё. Теперь спустя годы, я хочу отдать в сотни раз больше, поступив так, как поступаешь ты. Под своими ветвями я укрою тысячи путников от палящего солнца или от дождя. Мои плоды будут радовать многие поколения людей своим вкусом. Спасибо, что ты дал мне эту возможность дарить, — так говорило второе дерево.

Притчи неизвестного происхождения

Хранитель Семи Врат — Притчи неизвестного происхождения

Хранитель Семи Врат - Притчи неизвестного происхождения

Хранитель Семи Врат

Огорчился Хранитель Семи Врат:

— Даю людям нескончаемый поток чудес, но они не распознают их. Даю новые звёзды, но свет их не изменяет человеческое мышление. Погружаю в глубину вод целые страны, но молчит сознание человеческое. Возношу горы и Учения Истины, но даже головы людей не обращаются к зову. Посылаю войны и мор, но даже ужас не заставляет людей помыслить. Посылаю радость знания, но люди делают из священной трапезы похлёбку. Нет у Меня знаков, чтоб отвратить человечество от гибели!

Сказал Хранителю Высший:

— Когда строитель закладывает здание, разве он оповещает всех работающих на постройке? Меньшая часть знает о решённых размерах, только нескольким доверено назначение здания. Те, кто роют камни прежних оснований, не вместят даже одно основание новое. Не может этим огорчаться строитель, если в облике работающих нет знания о сущности его замысла. Он только может соответственно распределять работу.

Также и в сознании людей будем знать, что невмещающие и невнимающие могут исполнить лишь низшую работу. Пусть один понявший утвердится как сто тысяч мудрецов. И знаки развернутся для него как начертания.

Притчи неизвестного происхождения

Два соседа — Притчи неизвестного происхождения

Два соседа - Притчи неизвестного происхождения

Два соседа

Было бездонное небо, и под ним — бескрайняя степь. В степи жило двое людей, и дома их стояли рядом. Оба соседа любили ходить по густой траве, опускать руки в струи медленной реки, а ночью смотреть в вышину, на Звёзды.

Жили они в общем-то дружно, хотя Первый сосед нередко ворчал на Второго. Тот не соблюдал древних обрядов, записанных в толстой ветхой книге, и если прочитывал что-нибудь о жизни великих предков, то тут же задавал много-много вопросов, и уместных, и неуместных. Сотни раз Первый сосед грозил ему карами Неба, но тот не понимал, за что его можно наказать. Тысячи раз говорил Первый сосед о страшной силе Зла, которое может всё сокрушить и в знойный полдень, и в холодную полночь — но Второй только смеялся и махал рукой.

И вот однажды в степь пришло Существо Из Ада, покрытое слизью и такое уродливое, что не описать. Оно подошло к двери Первого соседа и просило впустить его, так как ему, Существу Из Ада, стало невмочь в Аду. И Первый положил руку на Священную Книгу, и прогнал Существо.

И оно медленно побрело по степи.

Второй сосед увидел его и захотел узнать, кто это идёт по травам, и травы ему не рады. Подошёл он к Существу и заговорил с ним. А потом пригласил в свой дом.

На следующий день Первый сосед встретил Второго у источника, к которому оба пришли за водой. И Второй слушал брань соседа, и ответил одно: «Мне жалко Существо Из Ада, оно несчастно».

С тех пор Первый сосед перестал ходить в дом, что стоял рядом. И гнал от себя соседа, и шептал Заклинания Охраны.

А Второй ходил вместе со Существом Из Ада, и говорил ему, какие названия у камней на земле и рыб в ручьях. А ночью показывал Существу Звёзды. Существо вначале боялось их и дрожало при взгляде на них, но Второй сосед говорил, что они добрые. И Существо перестало их бояться.

Но однажды Владыка Ада нашёл потерянное им Существо. Он вошел в дом Второго соседа и приказал Существу идти за собой. И Существо задрожало, оглянулось на Второго, и шагнуло к Владыке Ада. И тогда сказал человек Владыке: «Уходи!» И тот не смог не уйти.

Но Существо не могло противиться зову своего хозяина. И удержал Второй Существо у двери, и заглянул в глаза, и увидел в них смертную тоску. И спросил, как он, Второй, может удержать Существо. Оно вздохнуло и сказало, что есть способ, и только один. Но оно о нём не расскажет: Второй умрёт, если так сделает. Но Второй настаивал, держал Существо из последних сил, и было ему больно, очень больно, так как Владыка Ада всеми силами Преисподней боролся с человеком. А бороться со всеми силами Преисподней очень тяжело. И подумало Существо: «Ему больно. Он делал мне много добра и ничего не просил взамен. Чтобы отпустил меня и не мучался, скажу: всё равно он не испробует способ». И сказало: «Меня надо поцеловать в губы, этим ты меня примешь в мир Земли». И тотчас человек поцеловал Существо Из Ада в противные, слизистые губы. И оба упали замертво.

Тогда пошёл Владыка Ада к Первому соседу — а тот как раз кончил класть стену между своим садом и садом соседа, и почти до конца расписал эту стену сотней заклинаний.

Увидел Первый Владыку Ада, начал шептать Охранные Слова. А Владыка Ада только улыбнулся, все свои страшные клыки показал.

Самую сильную молитву вспомнил Первый сосед, дочитал её до конца, а Владыка Ада и на шаг не отступил. И сказал: «Нет в тебе того, что словам твоим силу дало бы».

Возразил Первый: «Я никогда не убивал, не крал и не лгал, пуще смерти боялся сделать что-то неверное. Я почитал древние книги и выполнял древние обряды. Не может быть, чтобы во мне не было силы».

Улыбнулся Владыка Ада ещё шире, ещё страшнее клыки показал: «Мало не убивать и не лгать. А то, что ты древним словам поклоняешься, забыв, что они переписчиками сотню раз перевраны, да и с начала самого ни одна книга всей Истины вместить не может, — не мешает тебе быть моей законной добычей».

И крикнул Первый сосед: «Сосед мой сомневается во многом, его грех сильнее! Бери его!!!»

И третья улыбка Владыки Ада была ещё ужаснее: «Безгрешен ищущий Истину. Твой же грех самый страшный из всех вообразимых во Вселенной: ты не жил, хоть дана тебе была жизнь».

И унёс Первого соседа прямо в Ад.

А через годы в белом городе на берегу огромного-огромного моря, в которое, как в зеркало, глядят Солнце и Звезды, жил стройный юноша. Он любил ходить по густой траве, касаться холодных волн прибоя, смотреть ночью на Звезды.

И по вечерам, когда город уже спал, к юноше часто приходил человек с мечом и в белых доспехах, спускавшийся со Звёзд.

И был тот человек бывшим Вторым соседом, и был тот юноша бывшим Существом Из Ада.

Притчи неизвестного происхождения

Индийская сказка о четырёх глухих — Притчи неизвестного происхождения

Индийская сказка о четырёх глухих - Притчи неизвестного происхождения

Индийская сказка о четырёх глухих

Однажды неподалёку от деревни пастух пас овец. Было уже за полдень, и бедный пастух очень проголодался. Правда, он, выходя из дому, велел своей жене принести себе в поле позавтракать, но жена, как будто нарочно, не приходила.

Призадумался бедный пастух: идти домой нельзя — как оставить стадо? Того и гляди, что раскрадут; остаться на месте — ещё хуже: голод замучит. Посмотрел он по сторонам, видит — тальяри (деревенский сторож) косит траву для своей коровы. Пастух подошёл к нему и сказал:

— Одолжи, любезный друг: посмотри, чтобы моё стадо не разбрелось. Я только схожу домой позавтракать, а как позавтракаю, тотчас возвращусь и щедро награжу тебя за твою услугу.

Кажется, пастух поступил очень благоразумно; да и действительно, он был малый умный и осторожный. Одно в нём было худо: он был глух, да так, что пушечный выстрел над ухом не заставил бы его оглянуться; а что всего хуже — он и говорил-то с глухим.

Тальяри слышал ничуть не лучше пастуха, и потому немудрено, что из пастуховой речи он не понял ни слова. Ему показалось, напротив, что пастух хочет отнять у него траву, и он закричал с сердцем:

— Да что тебе за дело до моей травы? Не ты её косил, а я. Не подыхать же с голоду моей корове, чтобы твоё стадо было сыто? Что ни говори, а я не отдам этой травы. Убирайся прочь!

При этих словах тальяри в гневе потряс рукою, а пастух подумал, что он обещает защищать его стадо, и, успокоенный, поспешил домой, намереваясь задать жене своей хорошую головомойку, чтоб она впредь не забывала приносить ему завтрак.

Подходит пастух к своему дому — смотрит: жена его лежит на пороге, плачет и жалуется. Надобно вам сказать, что вчера на ночь она неосторожно покушала сырого горошку — а вы знаете, что сырой горошек во рту слаще меда, а в желудке тяжелей свинца.

Наш добрый пастух постарался, как умел, помочь своей жене, уложил её в постель и дал горькое лекарство, от которого ей стало лучше. Между тем он не забыл и позавтракать. За всеми этими хлопотами ушло много времени, и на душе у бедного пастуха стало неспокойно. «Что-то делается со стадом? Долго ли до беды!» — думал пастух. Он поспешил воротиться и, к великой своей радости, скоро увидел, что его стадо спокойно пасётся на том же месте, где он его оставил. Однако же, как человек благоразумный, он пересчитал всех своих овец. Их было ровно столько же, сколько перед его уходом, и он с облегчением сказал самому себе: «Честный человек этот тальяри! Надо наградить его».

В стаде у пастуха была молодая овца; правда, хромая, но прекрасно откормленная. Пастух взвалил её на плечи, подошел к тальяри и сказал ему:

— Спасибо тебе, господин тальяри, что поберёг мое стадо! Вот тебе целая овца за твои труды.

Тальяри, разумеется, ничего не понял из того, что сказал ему пастух, но, видя хромую овцу, вскричал:

— А мне что за дело, что она хромает! Откуда мне знать, кто её изувечил? Я и не подходил к твоему стаду.

— Правда, она хромает, — продолжал пастух, не слыша тальяри, — но все-таки это славная овца: и молода, и жирна. Возьми её, зажарь и скушай за моё здоровье с твоими приятелями.

— Отойдешь ли ты от меня, наконец! — закричал тальяри вне себя от гнева. — Я тебе ещё раз говорю, что я не ломал ног у твоей овцы и к стаду твоему не только не подходил, а даже и не смотрел на него.

Но так как пастух, не понимая его, все ещё держал перед ним хромую овцу, расхваливая её на все лады, то тальяри не вытерпел и замахнулся на него кулаком.

Пастух, в свою очередь, рассердившись, приготовился к горячей обороне, и они, верно, подрались бы, если бы их не остановил какой-то человек, проезжавший мимо верхом на лошади.

Надо вам сказать, что у индийцев существует обычай, когда они заспорят о чем-нибудь, просить первого встречного рассудить их.

Вот пастух и тальяри и ухватились, каждый со своей стороны, за узду лошади, чтоб остановить верхового.

— Сделайте милость, — сказал всаднику пастух, — остановитесь на минуту и рассудите: кто из нас прав и кто виноват? Я дарю вот этому человеку овцу из моего стада в благодарность за его услуги, а он в благодарность за мой подарок чуть не прибил меня.

— Сделайте милость, — сказал тальяри, — остановитесь на минуту и рассудите: кто из нас прав и кто виноват? Этот злой пастух обвиняет меня в том, что я изувечил его овцу, когда я и не подходил к его стаду.

К несчастью, выбранный ими судья был также глух, и даже, говорят, больше, нежели они оба вместе. Он сделал знак рукою, чтобы они замолчали, и сказал:

— Я вам должен признаться, что эта лошадь точно не моя: я нашел её на дороге, и так как я очень тороплюсь в город по важному делу, то, чтобы скорее поспеть, я и решился сесть на неё. Если она ваша, возьмите её; если же нет, то отпустите меня поскорее: мне некогда здесь дольше оставаться.

Пастух и тальяри ничего не расслышали, но каждый почему-то вообразил, что ездок решает дело не в его пользу.

Оба они ещё громче стали кричать и браниться, упрекая в несправедливости избранного ими посредника.

В это время на дороге показался старый брамин, служитель храма. Все три спорщика бросились к нему и стали наперебой рассказывать своё дело. Но брамин был так же глух, как они.

— Понимаю! — отвечал он им. — Она послала вас упросить меня, чтоб я воротился домой (брамин говорил про свою жену). Но это вам не удастся. Знаете ли вы, что во всём мире нет никого сварливее этой женщины? С тех пор как я на ней женился, она меня заставила наделать столько грехов, что мне не смыть их даже в священных водах Ганга. Лучше я буду питаться милостынею и проведу остальные дни мои в чужом краю. Я решился твёрдо, и все ваши уговоры не заставят меня переменить моего намерения и снова согласиться жить в одном доме с такою злою женою.

Шум поднялся больше прежнего: все вместе кричали изо всех сил, не понимая один другого. Между тем тот, который украл лошадь, завидя издали бегущих людей, принял их за хозяев украденной лошади, проворно соскочил с неё и убежал.

Пастух, заметив, что уже становится поздно и что стадо его совсем разбрелось, поспешил собрать своих овечек и погнал их в деревню, горько жалуясь, что нет на земле справедливости, и приписывая все огорчения нынешнего дня змее, которая переползла дорогу в то время, когда он выходил из дому, — очень дурной примете.

Тальяри возвратился к своей накошенной траве и, найдя там жирную овцу, невинную причину спора, взвалил её на плечи и понёс к себе, думая тем наказать пастуха за все обиды.

Брамин добрался до ближней деревни, где и остановился ночевать. Голод и усталость несколько утишили его гнев. А на другой день пришли приятели и родственники и уговорили бедного брамина воротиться домой, обещая усовестить его сварливую жену и сделать её послушнее и смирнее.

Знаете ли, друзья, что может прийти в голову, когда прочитаешь эту сказку? На свете бывают люди, большие и малые, которые хотя и не глухи, а не лучше глухих: что говоришь им — не слушают, в чём уверяешь — не понимают, сойдутся вместе — заспорят, сами не зная о чём. Ссорятся они без причины, обижаются без обиды, а сами жалуются на людей, на судьбу или приписывают своё несчастье нелепым приметам — просыпанной соли, разбитому зеркалу… Так, например, один мой приятель никогда не слушал того, что учитель говорил ему в классе, и сидел на скамейке словно глухой. Что же вышло? Он вырос дурак дураком: за что ни примется, ничто ему не удаётся. Умные люди о нём жалеют, хитрые его обманывают, а он, видите ли, жалуется на судьбу, что будто бы несчастливым родился.

Сделайте милость, друзья, не будьте глухи! Уши нам даны для того, чтобы слушать. Один умный человек заметил, что у нас два уха и один язык и что, стало быть, нам надобно больше слушать, нежели говорить.

Притчи неизвестного происхождения

Ручеёк — Притчи неизвестного происхождения

Ручеёк - Притчи неизвестного происхождения

Ручеёк

Бежал через поле маленький Ручеёк. Был он юн, резв и весел. Всё любил он в этом мире: и камушки, по которым со смехом прыгал, и зелёную траву, что рядом колыхалась, и солнышко, что лучики свои в нём купало, и небо, что лазурью отражалось, и белые облака. Любил всё это Ручеёк!

Однажды пришёл к Ручейку Путник. В воды студёные руки опустил. Удивился Ручеёк. Никогда прежде он рук человека не гладил. Тёплые это были руки и ласковые, с заботой они гладили прозрачные воды Ручейка. Веселей зажурчал Ручеёк и рассказал Путнику обо всём, что ему думается, чем он живёт, чем восхищается. Выслушал Путник рассказ Ручейка, водицы испил и, не сказавши ни слова, ушёл. Опечалился Ручеёк. А потом подумал, что, наверно, так и должны поступать люди.

Многих путников напоил своими чистыми водами Ручеёк и ни разу не услышал он от людей за это слов благодарности. Да и не знал он, что за его гостеприимство ему добрые слова полагаются. И даже тогда, когда люди осушали его воды, преграждали ему путь, Ручеёк не обижался. Он не знал, что люди умеют вести себя иначе.

Погибая же, Ручеёк всё пытался понять, почему же ни эти гладкие камушки, по которым он так любил прыгать, ни это тёплое солнышко, ни небо и ни трава не смогли погубить его, а даже наоборот — они заставляли его радоваться жизни, а человек принёс ему погибель, хотя он, так же как и камушки, как трава, как солнце, как небо, человек был просто человеком.

Притчи неизвестного происхождения

Неправый суд — Притчи неизвестного происхождения

Неправый суд - Притчи неизвестного происхождения

Неправый суд

Пришли к судье двое и попросили тяжбу разрешить. Истец принёс судье большой горшок масла, а ответчик кабана во дворе привязал.

Выслушал судья обе стороны и оправдал ответчика. Разобиделся истец, явился в тот же день к судье домой и говорит:

— Как тебе не совестно! Разве я для того горшок масла тебе принёс, чтобы ты моего противника оправдал?

— Что поделаешь, — вздохнул судья, — его кабан поддел клыком твой горшок и разбил!

Притчи неизвестного происхождения

Кошка и Король — притчи неизвестного происхождения

Кошка и Король - притчи неизвестного происхождения

Кошка и Король

Кошка, пользуясь, по пословице, своим природным правом, смотрела на Короля.

— Ну-с, — спросил Король, заметив её интерес к своей венценосной особе, — как я тебе нравлюсь?

— Я могу себе представить короля, который бы нравился мне значительно

меньше, — ответила Кошка.

— Да? Например?

— Например, Мышиный Король.

Монарху так по вкусу пришёлся этот остроумный ответ, что он даровал ей разрешение выцарапать глаза Премьер-Министру.

Притчи неизвестного происхождения