Неразрешённые судебные дела — Калмыцкие притчи

Неразрешённые судебные дела - Калмыцкие притчи

Неразрешённые судебные дела

Давным-давно жил некий хан. Когда он перекочёвывал, то на новом месте ставил рога антилопы, чтобы они охраняли его от всякой нечисти.

Как-то один охотник вздумал принести в подарок хану лебедей. Пошёл он к озеру, улёгся там с ружьём наготове и стал поджидать дичь. Прилетели на озеро семь лебедей. Охотник решил всех застрелить, когда они поднимутся в небо и вытянутся в один ряд. Пока он ждал, другой охотник выстрелил в лебедя и убил его наповал. Привязал убитого лебедя красной шёлковой ниткой к поясу и понёс в подарок хану. Явился к хану и первый охотник и так сказал:

— Всесильный хан, я лежал на берегу озера и ждал, когда семь лебедей поднимутся в небо и вытянутся в ряд, чтобы одним выстрелом убить всех разом и отнести вам в подарок. Откуда ни возьмись, другой охотник подстрелил одного лебедя и понёс вам, а остальных спугнул, и они улетели. Прошу вас, хан, созвать справедливый суд и заставить охотника оплатить мне семь лебедей.

В ответ на это хан и говорит:

— Неизвестно ещё, смог бы ты убить всех семерых лебедей одним выстрелом, а потом охотник, на которого ты жалуешься, явился ко мне раньше тебя и не с пустыми руками, как ты, а с лебедем. Поэтому я отказываюсь вас судить.

Так и не удалось рассудить охотников.

Во владениях того хана жил богатый гелюнг (священнослужитель). Когда табуны гелюнга гнали на водопой, то все заранее должны были перекочёвывать в другие места, чтобы не мешать им. Однажды, когда табун гелюнга должен был пойти на водопой, всё население перекочевало, на пути осталась лишь одна кибитка бедняка, у которого рожала жена.

Когда табуны шли, то подняли они такой шум, что новорождённый у бедняка скончался. На другой день бедняк пришёл к хану с жалобой.

— Вчера, хан, когда табуны гелюнга Гаванга шли на водопой, моя жена родила ребёнка, но новорождённый скончался от шума. Прошу вас, хан, созовите суд и накажите виновного.

— Наверное, табуны, проходя через твою кибитку, задавили твоего сына? — спросил хан.

— Нет, табуны шли не через мою кибитку, а мимо, но, если бы они не проходили мимо кибитки, ребёнок мой не умер бы, — настойчиво сказал бедняк.

«Табуны шли на водопой стороной, кибитку не задевали, а ребёнок скончался», — так подумал хан и сказал бедняку:

— Нет, не могу я это рассудить.

Так не удалось разобрать и второе судебное дело, и оно осталось неразрешённым.

Жил-был один мальчик, была у него только мать. Нанялся он к хану пасти телят, играть с его детьми и улаживать их ссоры. Дети хана всегда слушались этого мальчика.

Однажды мальчику сильно захотелось есть, но есть было нечего. Тогда он уговорил ханских детей зарезать телёнка. Как решили, так и сделали: телёнка зарезали, мясо сварили и съели.

Вечером, когда коровы пришли домой, смотрят — одного телёнка недостаёт. Стали разыскивать, расспрашивать, а ханские дети сознались и выдали зачинщика.

Хан вызвал мальчика и спрашивает:

— Зачем же ты зарезал нашего телёнка?

— Есть очень хотелось, — ответил он.

Допросил мальчика хан и решил его казнить. Узнала об этом мать мальчика, прибежала к хану и стала его упрашивать:

— Могущественный хан, не казните моего сына, он ведь не простой, а особенный.

Хану стало любопытно, и он приказал позвать мальчика.

— Есть у меня два неразрешённых судебных дела. Если ты их разрешишь, то я тебя пощажу, — сказал хан.

— Я смогу решить, только скажите, что за дела, — ответил мальчик.

Хан тотчас же послал гонца за охотником. Привели охотника. Мальчик его и спрашивает:

— Вы хотели одним выстрелом убить сразу семь лебедей?

— Да, я.

— А далеко ли от вас были лебеди?

— За сто шагов.

— А есть ли у вас дети? — спросил мальчик.

— Сынок двухлетний.

— Если вы и вправду искусный стрелок, поставьте своего сына, положите ему на голову лебединое яйцо и со ста шагов одним выстрелом пробейте яйцо. Тогда мы убедимся, что вы смогли бы одним выстрелом убить семь лебедей, — сказал мальчик.

Охотник согласился. Здесь же, у всех на глазах он поставил своего сына, положил на его голову лебединое яйцо и на расстоянии свыше ста шагов одним выстрелом пробил яйцо насквозь, а сын остался невредимым. Так разрешилось первое дело, и охотнику заплатили за лебедей.

— Есть ещё одно дело, — сказал хан. — Когда табуны гелюнга Гаванга шли на водопой, на их пути стояла кибитка бедняка, жена которого только что родила. Новорождённый испугался шума и умер. Отец ребёнка требует осудить хозяина табунов. Разреши это спорное дело, — обратился хан к мальчику.

— Можно, — сказал мальчик. — Наполните большой котёл овечьим молоком, вскипятите его и поставьте в кибитку бедняка.

Подоили овец, наполнили молоком большой котёл, вскипятили и поставили в кибитку бедняка. На другой день табуны гелюнга Гаванга погнали на водопой мимо этой кибитки. От шума пенка на молоке порвалась на четыре части.

— Мозг новорождённого подобен пенке на молоке, — сказал мальчик. — Когда табуны гелюнга Гаванга шли на водопой, не выдержал мозг ребёнка, и он умер.

Гелюнг Гаванг был наказан. Так разрешилось и второе судебное дело.

Хан отменил решение о казни мальчика и сделал его своим судьёй.

Калмыцкие притчи


© 2011 - 2017 by naitysebya.ru team and