Учитель и Ученик — Жан де Лафонтен — басни

Учитель и Ученик - Жан де Лафонтен - басни

Учитель и Ученик

Шалун великий, Ученик,

На берегу пруда резвяся, оступился,

И в воду опустясь, ужасный поднял крик.

По счастию за сук он ивы ухватился,

Которая шатром

Нагнула ветви над прудом.

На крик Ученика пришёл его Учитель,

Престрогий человек и славный сочинитель.

«Ах, долго ли тебе во зло употреблять

Моё примерное терпенье? —

Воскликнул педагог. — Не должно ль наказать

Тебя за шалости, дурное поведенье?

Несчастные отец и мать! Жалею вас!

Ну как пойдёшь ты мокрый в класс?

Не станут ли тебе товарищи смеяться?

Чем здесь в пруду купаться,

Учил бы лучше ты урок.

Забыл ты, негодяй, мои все приказанья;

Забыл, что резвость есть порок!

Достоин ты, весьма достоин наказанья;

И, ergo, надобно теперь тебя посечь».

Однако же педант не кончил этим речь,

Он в ней употребил все тропы и фигуры

И декламировал, забывшись до того,

Что бедный ученик его,

Который боязлив и слаб был от натуры,

Лишился вовсе чувств, как ключ пошёл на дно.

Без разума ничто учение одно.

Не лучше ль мне поторопиться

Помочь тому, кто впал от шалости в беду?

За это ж с ним браниться

И после время я найду.

Басни

Осёл и Воры — Жан де Лафонтен — басни

Осёл и Воры - Жан де Лафонтен - басни

Осёл и Воры

Украв вдвоём Осла, сцепилися два Вора.

«Он мой!» — кричит один. «Нет, мой!» —

В ответ ему вопит другой.

До драки вмиг дошла их ссора:

Гремит по лесу шумный бой,

Друг друга бьют они без счёту и без толку;

А третий Вор меж тем, подкравшись втихомолку,

Схватил Осла за холку

И в лес увёл с собой.

Не так же ль точно часто поступают

Державы сильные со слабою страной?!

Из-за неё заводят спор между собой,

Одна другую в битвах поражают,

И обе ничего не достигают;

А третий кто-нибудь без шума и хлопот

Добычу их себе берёт.

Басни

Лисица и Аист — Жан де Лафонтен — басни

Лисица и Аист - Жан де Лафонтен - басни

Лисица и Аист

Лиса, скупая от природы,

Вдруг хлебосолкою затеяла прослыть.

Да только как тут быть,

Чтоб не вовлечь себя в излишние расходы?

Вопрос мудрён — решит его не всяк,

Но для Лисы такой вопрос пустяк:

Плутовка каши жидкой наварила,

Её на блюдо тонко наложила,

И Аиста зовёт преважно на обед.

На зов является сосед,

И оба принялись за поданное блюдо.

Ну, кашка, хоть куда! Одно лишь худо,

Что Аист есть так не привык:

Он в блюдо носом тык да тык,

Но в клюв ему ни крошки не попало;

А Лисонька меж тем в единый миг

Всю кашу языком слизала.

Вот Аист в свой черёд,

Чтоб наказать Лису, а частью для забавы,

Её на завтра ужинать зовёт.

Нажарил мяса он, сварил к нему приправы,

На мелкие кусочки накрошил

И в узенький кувшин сложил.

Меж тем Лиса, почуяв запах мяса,

Пришла голодная, едва дождавшись часа,

И ну, что было сил,

Давай вокруг стола юлить и увиваться

И щедрости сосуда удивляться.

Но лесть ей тут не помогла:

По клюву Аисту кувшин пришёлся впору,

У гостьи ж мордочка чресчур была кругла…

И жадная Кума ни с чем, как и пришла,

Поджавши хвост, к себе убралась в нору.

Басни

Стоглавый и стохвостый Драконы — Жан де Лафонтен — басни

Стоглавый и стохвостый Драконы - Жан де Лафонтен - басни

Стоглавый и стохвостый Драконы

У императора посланник падишаха

(Гласит предание) держал себя без страха,

И силы сравнивал обеих их держав.

Тут немец вымолвил, слова его прервав:

— У князя нашего есть многие вассалы,

Владенья чьи воистину не малы,

И каждый, в силу данных прав,

Своею властию, на помощь господину

Способен выставить наёмную дружину.

Но рассудительно сказал ему чауш:

— Я знаю, кто и сколько душ

Здесь может выставить, и это очень живо

Напоминает мне рассказ,

В котором всё хоть странно, но правдиво.

Из-за ограды как-то раз

Дракон предстал мне стоголовый,

На жертву броситься готовый.

Смертельным ужасом томим,

Я чувствовал, что кровь моя застыла в жилах;

Но страхом я отделался одним:

Достать меня он был не в силах.

Об этом думал я, когда Дракон другой,

Стохвостый, но зато с одною головой,

Явился мне. Затрепетал я снова,

Увидев, как прошла сперва

В отверстие Дракона голова,

Путь проложив затем для остального.

Ваш господин — даю в том слово —

Подобье первого, а мой — второго.

Басни

Волчья хитрость — Жан де Лафонтен — басни

Волчья хитрость - Жан де Лафонтен - басни

Волчья хитрость

По нужде Волк постился:

Собаки стерегли и день, и ночь овец.

Однако же и Волк был не глупец.

Вот думал, думал он и ухитрился,

Да как же? — пастухом, проклятый, нарядился:

Надел пастуший балахон,

Накрыл себя пастушьей шляпой,

И, опершись о посох лапой,

Подкрался в полдень к стаду он.

Пастух под тенью спал, собаки тоже спали,

И овцы все почти закрыв глаза лежали,

Любую выбрать мог. «А что? — Волк думает. — Когда теперь примуся

Душить овец, то вряд отсюда уберуся:

Начнут блеять, а я не унесу и ног;

Дай лучше отгоню подалее всё стадо.

Постой, да ведь сказать хоть слово дурам надо:

Я слышал, как пастух с овцами говорил».

И вот он пастуха как раз передразнил:

Завыл.

Поднялся вдруг Барбос; за ним Мурза вскочил:

Залаяли, бегут. Мой Волк уж прочь от стада,

Но в амуниции плохая ретирада:

Запутался он в платье и упал.

Барбоска вмиг его нагнал,

Зубами острыми за шею ухватился,

Мурза тут подоспел, за горло уцепился;

Пастух же балахон и шкуру с Волка снял.

О святках был я в маскараде:

Гляжу, стоит в кружку какой-то генерал,

В крестах весь, вытянут, как будто на параде

И как о Тактике он врал!

Что ж вышло? Это был… капрал.

Басни

Ласточка и Птички — Жан де Лафонтен — басни

Ласточка и Птички - Жан де Лафонтен - басни

Ласточка и Птички

Летунья Ласточка и там, и сям бывала,

Про многое слыхала

И многое видала,

А потому она

И боле многих знала.

Пришла весна,

И стали сеять лён. «Не по сердцу мне это! —

Пичужечкам она твердит.

— Сама я не боюсь, но вас жаль; придёт лето,

И это семя вам напасти породит,

Произведёт силки и сетки,

И будет вам виной

Иль смерти, иль неволи злой;

Страшитесь вертела и клетки!

Но ум поправит всё, и вот его совет:

Слетитесь на загон и выклюйте всё семя».

«Пустое! — рассмеясь, вскричало мелко племя.

— Как будто нам в полях другого корма нет!»

Чрез сколько дней потом, не знаю,

Лён вышел, начал зеленеть,

А Птичка ту же песню петь:

«Эй, худу быть! Ещё вам, Птички, предвещаю:

Не дайте льну созреть;

Вон с корнем! Или вам придёт дождаться лиха!»

«Молчи, зловещая вралиха! —

Вскричали Птички ей.

— Ты думаешь, легко выщипывать всё поле!»

Ещё прошло десяток дней,

А может, и гораздо боле;

Лён вырос и созрел.

«Ну, Птички, вот уж лён поспел;

Как хочете меня зовите, —

Сказала Ласточка, — а я в последний раз

Ещё пришла наставить вас:

Теперь того и ждите,

Что пахари начнут хлеб с поля убирать,

А после — с вами воевать:

Силками вас ловить, из ружей убивать

И сетью накрывать;

Избавиться такого бедства

Другого нет вам средства,

Как дале, дале прочь. Но вы не журавли,

Для вас ведь море — край земли;

Так лучше ближе приютиться,

Забиться в гнёздышко, да в нём не шевелиться».

«Пошла, пошла! Других стращай

Своим ты вздором! —

Вскричали Пташечки ей хором.

— А нам гулять ты не мешай!»

И так они в полях летали, да летали,

Да в клетку и попали.

Всяк только своему рассудку вслед идёт:

А верует беде не прежде, как придёт.

Басни

Орёл, Дикая Свинья и Кошка — Жан де Лафонтен — басни

Орёл, Дикая Свинья и Кошка - Жан де Лафонтен - басни

Орёл, Дикая Свинья и Кошка

Орёл свил гнездо на вершине

Высокого дуба. Внизу, у корней,

Кабан поселился с семьёю своей,

А Кошка — в ветвях, в середине.

Все были довольны. Никто никому

Соседством не делал помехи,

И, с делом мешая утехи,

Жил каждый, как было по вкусу ему.

Но Кошке лукавой согласье такое

Ни ночью, ни днём не давало покоя.

Решила поссорить соседей она;

Взобралась к Орлу на вершину

И молвила: — Вместе кручину

Должны мы делить. Я лишилася сна.

Грозит нам погибель с детями:

Мы скоро раздавлены будем ветвями!

Смотрите: внизу, подле самых корней,

Проклятый Кабан с Кабанихой своей

Без отдыха землю копают,

Готовя погибель для наших детей.

Они, добираясь до самых корней,

Те корни тотчас обрывают.

Дуб рухнет. Малютки из гнёзд упадут

И смерть у Свиней в логовище найдут!

И, страхом наполнивши сердце Орла,

С ним Кошка лукаво простилась,

И только на землю спустилась,

Как к Свиньям в жилище смиренно вошла.

— Друзья и соседи! — сказала она. —

Пришла я к вам с вестью печальной.

Подслушала речи Орла я случайно

И вам передать их по дружбе должна.

Лишь только из вас кто из дому уйдёт,

Тотчас же Орёл поросят унесёт.

Пожалуйста, только молчите про это,

Не то он сживёт меня в злости со света!

И, ужас посеяв в семье Кабана,

Счастливой домой возвратилась она.

Орёл, опасаясь за участь птенцов,

Боится лететь за добычей.

Кабан, позабыв свой обычай,

Боится оставить свой кров.

Идут дни за днями. Их голод терзает;

Но бросить детей ни Орёл, ни Кабан,

Поддавшись на Кошкин коварный обман,

Ни тот, ни другой не дерзает:

Орёл опасается дуба паденья,

Кабан же — Орла посещенья.

Сидят они оба, а голод не ждёт:

Подохли Кабан, поросята,

От голода сдохли орлята,

Подох и Орёл в свой черёд.

А Кошка за подлое дело

Всем дубом одна завладела.

Что выдумать может коварный злодей

На гибель иль ради раздора,

Того не придумать. Всех прочих гнусней

Несчастий из дара Пандоры,

То, коим весь мир возмущался всегда;

Названье ему — клевета!

Басни

Человек и его Изображение — Жан де Лафонтен — басни

Человек и его Изображение - Жан де Лафонтен - басни

Человек и его Изображение

Герцогу де Ларошфуко

Жил некто; сам себя любя,

И без соперников, на диво

Считал красавцем он себя,

Найдя, что зеркала показывают криво.

И счастлив был, гордясь собой,

Он в заблуждении упрямом.

Представлены услужливой судьбой,

Советники, столь дорогие дамам,

Напрасно перед ним являлися гурьбой

Повсюду зеркала: в окне у фабрикантов,

На поясе у модниц и у франтов,

Во всех домах! И вот, страшась зеркал,

Что делает Нарцисс? — Бежит в уединенье.

Но там ручей прозрачный протекал.

Разгневанный, в недоуменьи,

В струях своё он видит отраженье

И прочь бежит от светлого ручья,

Но сожаленье затая:

Настолько тот ручей заманчив и прекрасен.

Смысл этой басни очень ясен:

Тот, кто в себя без памяти влюблён —

Души подобье нашей он,

А зеркала — чужие заблужденья;

Нам образ наш являют зеркала

В правдивом воспроизведенье.

Ручей же, чья вода светла —

Составленное в назиданье

Полезных «правил» мудрое собранье.

Басни

Орлица и Жук — Жан де Лафонтен — басни

Орлица и Жук - Жан де Лафонтен - басни

Орлица и Жук

За кроликом следя в полёте зорко,

Охотилась Орлица. На пути

Ему Жука попалась норка.

Плохой приют — но где другой найти?

И что же? Вопреки священнейшему праву,

Свершить над кроликом расправу

Готовилась Орлица. Вдруг

Заговорил, вступаясь, Жук:

«Царица птиц! Презрев мои моленья,

Ты взять вольна его, безжалостно сгубя;

Но пощади меня от оскорбленья,

Даруй бедняге избавленье,

О жизни молит он тебя,

Иль пусть и я за ним погибну следом:

Он другом был мне и соседом».

Юпитера Орлица, ни одним

Не отвечая словом,

В жестокосердии суровом

Жука крылом своим

Стряхнула прочь, глуха к его воззванью,

И, оглушив, принудила к молчанью,

А кролика похитила. Тогда,

В отсутствие её, орлиного гнезда

Успел достигнуть Жук, задумав месть такую:

Он самую её надежду дорогую —

Все яйца нежные разбил.

Гнев и отчаянье Орлицы

Не ведали себе границы;

А в довершенье зла враг неизвестен был,

И жалобы её лишь ветер разносил.

Так целый год жила она бездетной,

Весною же гнездо свила на высоте.

Увы! Была предосторожность тщетной,

И Жук, в места пробравшись те,

Ей мстя за кролика, все яйца уничтожил.

Вторичный траур потревожил

Надолго эхо гор. Во избежанье бед,

Та, кем несом был прежде Ганимед,

К царю богов с мольбой явилась неуклонно,

И яйца принесла Юпитеру на лоно:

Воистину тот будет смел,

Кто б унести оттуда их посмел!

Но враг прибёг к иным расчётам,

Запачкав плащ Юпитера помётом;

И тот, стряхнув его, смахнул и яйца прочь.

Но тут пришлось Юпитеру невмочь

От ярости разгневанной Орлицы.

Она грозила: с этих пор

Бежать навеки из столицы,

Покинув службу царскую и двор.

Юпитер промолчал, но учинил разбор.

Перед судом явился Жук, и смело

Он изложил, как было дело.

Вина Орлицы ей доказана была.

Но примирить врагов явилось невозможным,

И царь богов решеньем осторожным

Постановил, во избежанье зла:

Чтоб яйца свои всегда несли Орлицы

Весною раннею, пока лучом денницы

Не согреваемы, как сонные сурки,

Спят зимним сном своим Жуки.

Басни

Два Осла — Жан де Лафонтен — басни

Два Осла - Жан де Лафонтен - басни

Два Осла

Погонщик двух Ослов с поклажей в город вёл.

Один Осёл,

Хвостом махая, шёл походкою весёлой:

Он нёс сухие губки на спине,

А всякий знает, как легки оне.

Другой едва ступал под ношею тяжёлой:

Навьючили бедняге соли целый воз,

И он плелся, повеся хвост и нос.

Шли долго путники, и вот дошли до броду.

Сев на Осла, что губки нёс,

Погонщик пред собой погнал другого в воду

И начал путь ему указывать кнутом;

Но наш Осёл упрямого был нраву

И пожелал устроить переправу

Своим умом.

Забрал он влево, в яму оступился

И вместе с солью в воду погрузился.

Беда! Ослу пришлося плыть.

Гребёт он сильными ногами,

Пыхтит и фыркает, и борется с волнами;

А плыть далёко… Как тут быть?!

Но, видно, сжалилось над бедным Провиденье:

Он в ноше чувствует большое облегченье:

Растаяла вся соль, и радостно Осёл

С пустым мешком доплыл и на берег взошёл.

Погонщик, между тем, со страху за скотину

И своему Ослу ослабил повода,

А этот, видя, что вода

Освободила друга от труда,

Недолго думая, бух вслед за ним в стремнину.

Но тут свершилася нежданная беда:

Водою губки мигом напитались

И стали как свинец тянуть Осла ко дну.

Погонщик мой взревел, Осёл ни тпру ни ну,

И оба с жизнью бы наверное расстались,

Когда б не подошли на помощь рыбаки.

Не так же ль действуют иные дураки,

Которые в делах своих не рассуждают,

А только в точности счастливцам подражают.

Басни

Мужчина средних лет и его две Возлюбленные — Жан де Лафонтен — басни

Мужчина средних лет и его две Возлюбленные - Жан де Лафонтен - басни

Мужчина средних лет и его две Возлюбленные

Мужчина средних лет, заметив седину,

Которая в кудрях его блистала,

Решил, что для него избрать себе жену

Теперь как раз пора настала.

Он был владельцем капитала,

А потому

Мог выбирать: понравиться ему

Желали все. Он не спешит однако:

Ведь дело здесь касалось брака.

Две вдовушки приобрели права

Над сердцем зрелого поклонника и чувством.

Была моложе первая вдова,

Но старшая была одарена искусством

Восстановлять успешно то,

Что было у неё природой отнято.

И обе вдовушки исправно,

Среди веселья, смеха и услад,

Его на свой причёсывали лад,

И голову притом намыливали славно.

Меж тем как старшая из них по волоску,

Своих корыстных целей ради,

Все тёмные выдёргивала пряди,

Другая седину щипала бедняку.

Жених, оставшись лыс, заметил эту штуку.

— Спасибо, — молвил он, — красотки, за науку.

Пусть вами я ощипан наголо,

Зато в другом мне повезло:

О свадьбе мы отложим попеченье.

Которую б из вас ни выбрал я женой

Она по-своему вертеть захочет мной.

Ценой волос купил я избавленье,

И голове плешивой в прок

Пойдёт, красотки, ваш урок!

Басни

Птица, раненая стрелой — Жан де Лафонтен — басни

Птица, раненая стрелой - Жан де Лафонтен - басни

Птица, раненая стрелой

Крылатой ранена стрелой

И смертною охваченная мглой,

Судьбу свою оплакивала Птица:

«Где нашим бедствиям граница?

Мы все — орудия несчастья своего:

Из наших крыл, о люди, без пощады

Губительные нам вы сделали снаряды.

Но не спешите ваше торжество

Вы праздновать над нами злобно;

И сами вы страдали нам подобно,

Сыны Япетовы! Не половина ль вас

Оружием другой является подчас?»

Басни